Возвращение военнослужащих после самовольного оставления части (СОЧ) может затягиваться на месяцы из-за бюрократических процедур и отсутствия чётких сроков закрытия уголовных производств. В результате даже те, кто хочет продолжить службу в боевых подразделениях, вынуждены длительное время находиться в резервных батальонах и ждать решения. Чтобы исправить эту ситуацию, необходимо изменить Уголовный процессуальный кодекс, упростить процедуру восстановления на службе и урегулировать порядок действий в отношении военнослужащих, имеющих законные основания для увольнения.
Такое мнение в комментарии «Слово и дело» высказал военный адвокат, юрист Центра поддержки ветеранов Роман Лихачёв.
2 ноября в Петропавловской Борщаговке Киевской области произошёл инцидент возле частного дома, который использовали как временное место размещения военнослужащих. После появления в соцсетях сообщений о якобы незаконном удержании и пытках военных к месту происшествия начали приходить местные жители. Информация о незаконном задержании и гибели человека не подтвердилась: полиция опровергла такие сообщения. В то же время командующий Национальной гвардией Украины Александр Пивненко сообщил, что четырёх военнослужащих, вернувшихся после СОЧ, доставили в больницу. В 1-м корпусе Нацгвардии «Азов» объяснили, что на этой локации находились мобилизованные военнослужащие, а также те, кто вернулся после самовольного оставления части и ожидал дальнейшего распределения.
3 ноября Государственное бюро расследований открыло уголовное производство по факту возможного превышения власти или служебных полномочий военным должностным лицом. Следствие должно проверить обстоятельства происшествия, в частности сообщения о возможном применении принуждения. Обстоятельства происшествия также проверяет Офис военного омбудсмена.
Как подобные инциденты влияют на мобилизацию и доверие к армии
Роман Лихачёв считает, что подобные ситуации требуют осторожного освещения и чёткой реакции государственных органов. По его словам, противоречивые сообщения от различных структур создают информационный вакуум, которым могут воспользоваться российские пропагандисты.
«Вчера мы все видели, как сразу российские телеканалы и сайты начали раскручивать совершенно другую версию. Конечно, это не работает на пользу мобилизации. Есть определённые проблемы. Мы все видели, что в 2022 году стояли очереди, а сейчас таких очередей практически не видим. Эти информационные моменты не лучшим образом влияют на людей», – отметил адвокат.
По его мнению, в таких случаях власти должны оперативно объяснять, что именно произошло, и предоставлять обществу согласованную и объективную информацию. В противном случае разные версии событий будут только усиливать недоверие.
«Здесь однозначно нужна реакция власти, чёткое разъяснение того, что произошло на самом деле. Нужна объективная картина, чтобы кто-то предоставлял объективную правду и не допускал дезинформации», – подчеркнул Лихачёв.
Буданов назвал «недопустимыми» события в Петропавловской Борщаговке и анонсировал решенияБуданов назвал события в Петропавловской Борщаговке недопустимыми. Правоохранители выясняют обстоятельства инцидента, а силовой блок готовит соответствующие решения.
Он также обратил внимание на вопрос безопасности военных объектов. По мнению адвоката, публикация их расположения и демонстрация деталей размещения личного состава могут создавать дополнительные риски. В то же время он считает, что военнослужащие, находящиеся в таких местах, должны быть обеспечены надлежащими условиями и медицинской помощью.
Отдельной проблемой Лихачёв назвал отсутствие надлежащего законодательного регулирования аренды жилья для военных и размещения личного состава. Из-за угрозы ракетных ударов, по его словам, военнослужащих нельзя сосредоточивать в одном месте, как это делали раньше. Необходимо предусмотреть возможности для их рассредоточения и создать соответствующие условия.
«Давно стоит вопрос аренды жилья военнослужащими. Каким образом это организовать, как сделать всё быстро, чтобы военные могли оперативно арендовать жильё, ведь необходимо размещать личный состав, в том числе для резервного батальона», – объяснил адвокат.
Он добавил, что законодательство должно учитывать и необходимость рассредоточения личного состава из-за угрозы ракетных атак.
Почему возвращение после СОЧ может затягиваться на месяцы
Лихачёв подчёркивает, что резервный батальон не является местом наказания или удержания военнослужащих. По его словам, это временная локация, где человек находится до завершения процедуры возвращения на службу и зачисления в воинскую часть.
Адвокат отдельно обращает внимание на разницу между задержанием в юридическом смысле и прибытием военнослужащего в резервный батальон. По его словам, задержание должно происходить в соответствии с предусмотренной законом процедурой, в частности при наличии соответствующего решения или полномочий и оформлении протокола.
«Задержание – это когда у человека есть, например, разрешение суда или документы следователя, непосредственно предоставляющие полномочия на его задержание, а также составлен протокол о задержании. Всё остальное, если человека остановили на улице и привезли в резервный батальон, – это не задержание», – объяснил он.
По словам юриста, военнослужащий, возвращающийся после СОЧ, может находиться в резервном батальоне во временном штате. На этот период его должны поставить на соответствующее обеспечение. Далее он ожидает завершения уголовного производства и зачисления в штат воинской части.
«Резервный батальон – это не какая-то гауптвахта, где удерживают людей. Это временная локация, в которой находится военнослужащий. Он должен быть зачислен во временный штат резервного батальона. У резервного батальона есть постоянный штат – это военнослужащие, которые проходят там службу на определённых должностях. И временный – люди, прибывающие после СОЧ. Его ставят на обеспечение, в том числе продовольственное, и в дальнейшем он ждёт решения суда, чтобы уголовное производство закрыли и его зачислили в штат уже какой-либо воинской части», – рассказал Лихачёв.
Инцидент в Петропавловской Борщаговке: в НГУ пообещали провести служебное расследованиеНацгвардия назначит расследование, чтобы установить все обстоятельства инцидента в Петропавловской Борщаговке и выяснить, были ли нарушения.
Ответственность за безопасность, медицинскую помощь и другое обеспечение военнослужащих, находящихся в резервном батальоне, по словам адвоката, возлагается на командира соответствующей воинской части и уполномоченных должностных лиц.
В то же время главной проблемой он считает продолжительность процедуры закрытия уголовного производства. Сейчас военнослужащий, который хочет вернуться к службе, должен обратиться к следователю с соответствующим ходатайством. Из-за загруженности следователей и судов рассмотрение может затягиваться.
Лихачёв привёл пример из своей практики: «Один из моих клиентов хотел вернуться в боевое подразделение, но три месяца ждал в резервном батальоне. Просто так, хотя мог воевать на фронте, как сам того хотел».
По его мнению, такая ситуация не мотивирует военнослужащих возвращаться к службе. Поэтому он предлагает изменить Уголовный процессуальный кодекс и установить чёткие сроки закрытия уголовных производств в случаях, когда военнослужащий добровольно возвращается и имеет письменное согласие воинской части принять его обратно.
«Нужно внести изменения в Уголовный процессуальный кодекс, чтобы с момента, когда человек получил письменное согласие воинской части на возвращение в упрощённом порядке, был установлен срок, а уголовное производство закрывал не суд, а следователь. И постановлением следователя можно было бы восстановить человека в полном штате на службе и закрыть его уголовное производство», – объяснил Лихачёв.
По его словам, сейчас процедура может проходить в несколько этапов: человек подаёт ходатайство следователю, тот должен его рассмотреть, а затем вопрос передают в суд. Из-за загруженности обоих учреждений военнослужащий вынужден ждать.
Лихачёв считает, что законодательное изменение, которое позволило бы следователю закрывать такое производство после получения письменного согласия воинской части, могло бы существенно сократить время ожидания. По его словам, о необходимости такого регулирования говорят уже несколько лет.
Что делать с военнослужащими, у которых есть основания для увольнения
Ещё один вопрос, который, по мнению адвоката, требует законодательного урегулирования, – ситуации, когда во время пребывания в СОЧ у военнослужащего появляются законные основания для увольнения со службы. Речь идёт, в частности, о достижении предельного возраста, состоянии здоровья или семейных обстоятельствах.
Лихачёв считает, что в таких случаях не нужно сначала возвращать человека в воинскую часть, а затем запускать процедуру увольнения. Если основания для увольнения подтверждены, уголовное производство, по его предложению, следует закрывать в установленном порядке, а военнослужащего – увольнять со службы.
Адвокат привёл пример мужчины, который находился в СОЧ, а за это время достиг 60-летнего возраста. По его словам, воинские части не соглашались принимать его обратно, однако механизма для завершения процедуры и увольнения также не было. В результате мужчина несколько месяцев оставался в резервном батальоне в неопределённом статусе.
«Если у человека во время СОЧ появились обстоятельства для увольнения, то нужно закрывать все дела, и человек должен увольняться. Его не нужно возвращать в воинскую часть, если у него всё равно есть законные основания для увольнения», – подчеркнул Лихачёв.
ГБР открыло уголовное производство из-за столкновений в Петропавловской БорщаговкеГБР начало уголовное производство из-за столкновений в Петропавловской Борщаговке 2 ноября. Омбудсмен Лубинец требует проверить действия всех участников инцидента.
Подобный подход, по его мнению, должен применяться и тогда, когда основанием для увольнения являются семейные обстоятельства, например рождение третьего ребёнка, или другие предусмотренные законом условия.
Отдельно адвокат обратил внимание на необходимость медицинского осмотра военнослужащих после возвращения из СОЧ. Он считает, что состояние здоровья нужно оценивать до восстановления человека в полном штате, а при наличии медицинских оснований направлять его на военно-врачебную комиссию.
«Если человек непригоден, то нужно сразу закрывать уголовное производство и увольнять его. А не удерживать для чего-то, чтобы потом возникала проблема: его восстановили, а куда его брать, если по состоянию здоровья он не может служить?» – объяснил юрист.
По мнению Лихачёва, без изменений в законодательстве военнослужащие и дальше могут оказываться в ситуации, когда они уже вернулись, но не могут ни продолжить службу, ни оформить увольнение. Поэтому он подчёркивает важность урегулирования процедуры закрытия уголовных производств, установления чётких сроков и учёта обстоятельств каждого человека.
«Мы должны сделать определённые выводы из этой истории. Я надеюсь, что всё-таки законодательство изменится и наконец услышат тех адвокатов, которые постоянно работают с СОЧ», – подытожил он.
Подпишитесь на наш Telegram-канал, чтоб отслеживать самые интересные и эксклюзивные новости «Слово и дело».
Визуальная аналитика от редакции «Слово и дело» – в Telegram-канале Pics&Maps.
ЧИТАЙТЕ В TELEGRAM
самое важное от «Слово и дело»