Дональд Трамп чрезвычайно активно пользуется языком угроз, шантажа и прямых требований, не скрытых рамками дипломатического этикета. Все это – привычный арсенал международной политики XIX века и Холодной войны. «Слово и дело» рассказывает, как американские президенты в прошлом использовали вооружённые силы как последний аргумент во внешней политике и почему у Трампа это получается не настолько успешно.
Что такое дипломатия канонерок
8 июля 1853 года жителей японской столицы Эдо охватила паника: в бухте появились невиданные ранее «чёрные корабли», из которых шёл угрожающий дым. В воздухе прозвучали выстрелы – к счастью, без снарядов. Так в Страну восходящего солнца прибыла дипломатическая миссия США. Главным послом был не адмирал Мэттью Колбрайт Перри, а его эскадра из десяти судов – в частности трёх паровых фрегатов.
До этого Япония наотрез отказывалась вступать в контакт с европейцами или самими Штатами, придерживаясь политики изоляционизма. Однако США нашли ключ к выгодному соглашению с тихоокеанским соседом: военные угрозы.
Это событие было чем-то уникальным и необычным разве что для самих японцев. Европейцы давно использовали проверенную временем тактику, ставшую известной как дипломатия канонерок – то есть вооружённых пушками кораблей.
В случае США главной зоной использования дипломатии канонерок стал Карибский регион, а главным апологетом – президент Теодор Рузвельт. Как-то Рузвельт, ещё вице-президент, вспомнил африканскую пословицу: «Говори мягко, и неси большую дубинку; ты далеко пойдёшь». Это и дало название его стилю: политика большой дубинки.
За время каденции Теодора Рузвельта США вмешались в Панамскую революцию, ввели войска на Кубу после изгнания оттуда испанцев, угрожали интервенцией Никарагуа и Гондурасу. И все его начинания достигли успеха.
В итоге Рузвельт (пусть и не только из-за «дубинки») заслужил статус одного из величайших американских президентов и получил место на горе Рашмор рядом с Вашингтоном, Джефферсоном и Линкольном.
Если Теодор Рузвельт стал легендой, потому что вмешивался в дела соседей и далёких стран с помощью своего «большого белого флота» (название будто взято из лексикона 47-го президента США), то почему Трамп не может так же?
Что бы ни случилось, у нас есть атомная бомба, а у них нет
Вьетнамская война была не первым конфликтом, где США вмешались в гражданскую войну на Дальнем Востоке между коммунистами и капиталистическим правительством. За двадцать лет до начала противостояния с красным правительством Ханоя американцы ввязались в Корейскую войну (1950–1953).
Сначала Южная Корея потерпела сокрушительное поражение: правительство эвакуировали из Сеула в Пусан, единственный анклав борьбы с коммунистами. Если бы не быстрая высадка американских войск, сегодня Корея была бы одна – Народно-демократическая.
Коммунистов оттеснили. Но война не обещала лёгкого завершения. И тогда президент США пошёл на радикальный шаг: воспользовался ядерной картой. Корейская война закончилась на современной линии разграничения.
Успех ядерных угроз США в 1953 объясняется несколькими факторами:
Во-первых, прошло совсем немного времени после Хиросимы и Нагасаки. Никто не знал, не воспользуются ли США снова атомной бомбой для быстрого решения проблемы;
Во-вторых, ядерную карту разыграл не кто-нибудь, а Дуайт Эйзенхауэр, главнокомандующий американскими силами в Европе во время Второй мировой.
Через двадцать лет США испытали дежавю: снова Азия. Снова затяжная война между коммунистическим «Севером» и капиталистическим «Югом». И снова американские военные гибнут в бессмысленной для общественности войне.
Президент Ричард Никсон, унаследовавший Вьетнам от Линдона Джонсона, был твёрдо настроен остановить эту войну. Вместе со своим знаменитым госсекретарём Генри Киссинджером они придумали изобретательный план:
«Я называю это «Теорией Безумца», Боб. Я хочу, чтобы Северный Вьетнам поверил, что я достиг точки, на которой готов на всё, чтобы завершить войну. Мы просто распространим слухи вроде «святой бог, вы знаете, Никсон совсем сошёл с ума из-за коммунизма. Его нельзя сдержать, когда он в гневе – а его рука как раз на ядерной кнопке» – и Хо Ши Мин лично будет умолять в Париже о мире через два дня».
Так описывает планы Никсона глава его администрации Герри Холдеман. План был совершенным, за исключением одной детали: Хо Ши Мин не стал на колени в Париже. Ни через два дня, ни через два года.
Ядерные бомбы не упали на Ханой. Американцы вывели войска из Вьетнама, и коммунисты победили сайгонское правительство Юга.
Дональд Трамп, как ни странно, редко вспоминает о ядерном оружии. В 2018 году он мерился ядерной кнопкой с Ким Чен Ыном; затем объявил об изменениях в ядерной стратегии США. Но ядерных угроз (вне контекста «игр» с КНДР) президент не использовал, хотя и часто играл роль «безумца» ещё усерднее, чем Никсон.
7 апреля 2026 года американский лидер написал в своей соцсети Truth Social: «Сегодня ночью погибнет целая цивилизация, и её уже никогда не вернуть. Я не хочу, чтобы это произошло, но, вероятно, так и будет».
Обратите внимание на формулировку: сразу ясно, что речь идёт о ядерном оружии. Но если бы Иран проигнорировал заявление Трампа, США могли бы просто осуществить очередной массированный авиаудар по стране и заявить, что это и есть обещанное «уничтожение».
Так или иначе, Иран пошёл на перемирие. Хрупкое перемирие: обе стороны продолжают блокаду и удары. Но сработают ли такие угрозы ещё раз? В конце концов, сработали ли они хотя бы сейчас?
Иран не капитулировал. Заморозки в духе Корейской войны не произошло. Фактически Иран воспользовался той же тактикой, что и россия в переговорном процессе по теме войны против Украины: согласиться на предложение США, но растянуть финализацию соглашения до бесконечности.
Цена дипломатии канонерок и ядерных боеголовок
Адмирал Перри достиг своей цели: Япония открылась США и миру. Шок от осознания своей технической отсталости и уязвимого положения побудил японцев в быстром темпе догонять Европу.
Япония быстро модернизировалась и уже через 50 лет нанесла поражение российской империи. 7 декабря 1941 «Чёрные корабли» снова пустили угрожающий дым – но теперь ужаснулись американцы: авиация Ямамото Исороку атаковала флот США в Перл-Харборе.
Теодор Рузвельт тоже достиг успеха – который имел свою цену: США надолго получили прохладные отношения с Латинской Америкой. Политику «большой дубинки» пришлось компенсировать политикой «добрососедства» другому Рузвельту – Франклину.
В конце концов, кто знает, не стала ли удачная ядерная карта Эйзенхауэра тем событием, которое в итоге привело КНДР к идее создания собственного оружия массового уничтожения любой ценой – чтобы и самим сыграть в большую политику.
Причины неудачи агрессивного стиля Трампа
Дональд Трамп действует ещё агрессивнее своих предшественников в Белом доме прошлых столетий. За полтора года его второго срока он успел воспользоваться едва ли не всеми силовыми приёмами из арсенала американских президентов, кроме разве что наземного вторжения.
Однако Трамп использует их слишком хаотично и грубо. Безусловно, некоторые операции – такие как похищение Николаса Мадуро – принесли лёгкий успех и действительно решили давно наболевшие проблемы региона. Однако избиратели будут помнить не их, а затяжную операцию в Иране, из-за которой у них выросли ценники на АЗС.
В итоге остаётся ещё один фактор, который играет против американского президента – TACO: Trump always chickens out. Трамп всегда даёт заднюю.
Фраза вошла в широкий обиход в мае 2025 и с тех пор позволяет максимально лаконично подвергнуть критике такую черту Трампа, как готовность отступить от максималистских требований, встретив хотя бы какое-то организованное сопротивление.
А с такой славой трудно стать вторым Рузвельтом или Эйзенхауэром.
Денис Ратушный, специально для «Слово и дело»
Напомним, ранее «Слово и дело» рассказывало об отраслях и странах, которых больше всего коснулись тарифы Трампа, и как американский президент выполнял свои обещания по увеличению добычи нефти.
Подпишитесь на наш Telegram-канал, чтоб отслеживать самые интересные и эксклюзивные новости «Слово и дело».
Визуальная аналитика от редакции «Слово и дело» – в Telegram-канале Pics&Maps.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ YOUTUBE КАНАЛ
и смотрите первыми новые видео от «Слово и дело»