Результаты социологического исследования на тему «Переговоры и параметры мирного соглашения»

«Слово и дело» публикует результаты социологического исследования на тему параметров мирного соглашения и сценариев завершения войны, общественно-политических дилемм, а также доверия к международным лидерам и благотворительным организациям. Первая часть, посвященная переговорному треку, представлена ниже. Исследование инициировано аналитическим порталом «Слово и дело».

Метод: онлайн-опрос путем самостоятельного заполнения структурированной анкеты, ссылка на которую отправлялась участникам панели на специализированной платформе для проведения опросов «Lemur» (CAWI – Computer Assisted Web Interviewing).

Объем реализованной выборочной совокупности: 1200 респондентов.

География: Украина (кроме населенных пунктов на временно оккупированных территориях части Донецкой, Запорожской, Луганской и Херсонской областей, оккупированной АР Крым) (национальный проект).

Сроки проведения полевого этапа: 18–25 марта 2026.

Выборка представляет взрослое население Украины (интернет-пользователей в возрасте 18 лет и старше). Статистическая погрешность выборки с вероятностью 0,95 не превышает 2,89% для показателей, близких к 50%. При отклонении показателей от 50% в любую сторону (как в сторону увеличения, так и уменьшения) предельная погрешность уменьшается. Расчет статистической погрешности проведен без учета дизайн-эффекта.

Основные результаты исследования: «Переговорный трек и параметры мирного соглашения»

Анализ свидетельствует об отсутствии общественного консенсуса относительно потери территорий как условия мира, однако доминирует сдержанно-негативное отношение: почти каждый второй респондент (49%) считает территориальные уступки неприемлемыми, видя в этом риск новой агрессии или настаивая на борьбе до восстановления границ 2022 года.

Значительная часть опрошенных допускает компромисс, но преимущественно в формате «замораживания» (19%) или при условии вступления в НАТО и ЕС (7%). Лишь 15% готовы на безусловные уступки ради мира. 10% опрошенных не имеют сформированной позиции, что указывает на высокую чувствительность и сложность вопроса для общественного выбора.

Общественное мнение относительно условий прекращения огня остается сегментированным, без единого доминирующего сценария. Наиболее поддерживаемый вариант (30%) – «замораживание» конфликта по линии фронта при условии получения западных гарантий безопасности. Почти равные группы респондентов выбирают либо возвращение к линии 23.02.2022 с последующей дипломатией (24,5%), либо полное освобождение территорий до границ 1991 года до начала переговоров (24%).

Наименьшая доля опрошенных (14%) готова к прекращению огня на любых условиях ради сохранения жизней. Доля тех, кто не смог определиться с ответом, составляет 7,5%.

Сценарий отказа от НАТО в обмен на вступление в ЕС и двусторонние соглашения о безопасности воспринимается обществом скорее нейтрально-позитивно: 32,5% респондентов готовы считать такой компромисс «победой/скорее победой» Украины. Наибольшая группа опрошенных (34%) не видит в этом варианте ни явного успеха, ни поражения («ни победа, ни поражение»). 14,5% респондентов оценивают такое соглашение как «поражение». Каждый пятый респондент (19%) не готов к однозначной оценке, что, возможно, указывает на сложность выбора между НАТО и альтернативными гарантиями.

Идея территориальных уступок как цены за гарантированное членство в НАТО и безопасность будущих поколений не находит поддержки у большинства опрошенных (62%).

79% опрошенных не верят в выполнение США своих обязательств по безопасности в случае нового нападения россии после подписания соглашения (45% – совсем не верят, 34% – скорее не верят). Суммарный уровень доверия составляет лишь 11% (2% – полностью верю, 9% – скорее верю). Каждый десятый участник опроса не смог определиться с ответом.

Украинское общество демонстрирует стремление к максимальным стратегическим гарантиям безопасности со стороны США, не доверяя краткосрочным соглашениям: 60% респондентов считают надежными только те обязательства, которые не имеют временных ограничений. 26% опрошенных ориентируются на срок в 30–50 лет. 3% участников опроса выражают поддержку 15-летнему сроку. Данные свидетельствуют о том, что угроза со стороны рф воспринимается как экзистенциальная и длительная, а не ситуативная.

В обществе сформировался четкий запрос на ядерное сдерживание: 75% респондентов либо требуют восстановления собственного ядерного арсенала (49%), либо соглашаются на безъядерность исключительно под защитой ядерных союзников (26%). Традиционная модель безъядерного статуса, основанная на декларативных гарантиях, в настоящее время имеет поддержку лишь 13% респондентов.

Общие результаты исследования: «Переговорный трек и параметры мирного соглашения»

Мнения респондентов относительно приемлемости потери подконтрольных территорий (вывода украинских войск) в качестве условия перемирия ради немедленного прекращения огня разделились, однако почти половина опрошенных (49%) выступают против таких уступок:

• сторонники бескомпромиссной позиции (49%) – самая большая группа респондентов (31%) считает этот шаг «скорее неприемлемым», видя в нем риск поощрения агрессора к новым нападениям. Еще 18% занимают категорическую позицию, настаивая на продолжении борьбы как минимум до восстановления границ по состоянию на 24.02.2022 года;

• среди тех, кто допускает возможность территориальных уступок ради мира, мнения распределились следующим образом: 19% согласны на это лишь как на вынужденное «замораживание» конфликта без официального отказа от территорий; 15% считают такое условие «вполне приемлемым ради скорейшего окончания войны»; 7% видят в этом смысл только при условии немедленного вступления Украины в НАТО и ЕС;

• каждый десятый респондент (10%) пока не имеет сформированной позиции по этому вопросу.

Анализ подтверждает наличие статистически значимых различий во мнениях респондентов относительно приемлемости потери подконтрольных территорий в качестве условия перемирия ради немедленного прекращения огня в зависимости от их пола и возраста:

• мужчины несколько чаще, чем женщины, склонны считать условие потери подконтрольных территорий «вполне приемлемым» ради мира (18% против 12% у женщин). Зато женщины проявляют большую осторожность – 36% из них убеждены, что уступки лишь подтолкнут агрессора к новым нападениям (среди мужчин это мнение разделяют 26%);

• молодежь (18–29 лет) демонстрирует самый высокий уровень готовности к компромиссу в виде потери подконтрольных территорий – 24% считают его приемлемым ради окончания войны (при среднем показателе 15%). В то же время в этой группе зафиксирована наименьшая доля сторонников войны до восстановления границ 2022 года – всего 13%. Старшее поколение (55 лет и старше) демонстрирует наиболее непоколебимую позицию. Лишь 10% представителей этой группы допускают возможность территориальных уступок. Также с увеличением возраста респондентов линейно растет доля тех, кто считает уступки категорически неприемлемыми и настаивает на восстановлении границ 2022 года (от 13% среди молодежи до 23% в самой старшей возрастной категории).

Результаты теста «хи-квадрат» Пирсона указывают на отсутствие устойчивой зависимости ответов от регионального фактора. Можно говорить о тенденции к единодушию в оценке приемлемости потери подконтрольных территорий Украины (вывода украинских войск) в качестве условия перемирия ради немедленного прекращения огня по всей стране.

При определении наиболее приемлемых и реалистичных условий прекращения огня мнения респондентов разделились на группы, отражающие различные стратегические подходы:

• сценарий «замораживание» (30%) – наибольшую поддержку получил вариант прекращения конфликта по фактической линии фронта. Ключевыми условиями здесь являются отсутствие официального отказа от территорий и предоставление Украине четких гарантий безопасности со стороны Запада;

• дипломатическо-территориальный компромисс (24,5%) – четверть опрошенных считают оптимальным возвращение к линиям разграничения по состоянию на 23 февраля 2022 года с последующим решением вопроса Крыма и ОРДЛО исключительно дипломатическим путем;

• принципиальная деоккупация (24%) – почти такая же доля респондентов настаивает на полном освобождении всех территорий до границ 1991 года как обязательной предпосылке для начала любых переговоров;

• условный «гуманитарный приоритет» (14%) – наименьшая группа опрошенных готова к прекращению огня на любых условиях, чтобы остановить гибель людей;

• доля тех, кто не смог определиться с ответом, составляет 7,5%.

Анализ результатов выявил статистически значимые различия во мнениях респондентов относительно наиболее приемлемых и реалистичных условий прекращения огня в зависимости от пола и возраста:

• мужчины значительно чаще, чем женщины, считают наиболее приемлемым и реалистичным сценарий «замораживания» конфликта по линии фронта с западными гарантиями безопасности (37% против 25% у женщин). Женщины, напротив, больше склоняются к сценариям с четкими территориальными границами: возвращение к линии 23.02.2022 (27,5% против 20% у мужчин) или полное освобождение территорий до границ 1991 года до начала переговоров (26% против 21% у мужчин);

• старшее поколение (55 лет и старше) чаще всего среди всех групп выбирает вариант «замораживания» по фактической линии фронта как наиболее приемлемый и реалистичный. Респонденты в возрасте 18–29 лет демонстрируют специфический подход. Представители этой возрастной группы значительно реже других поддерживают сценарий выхода на границы 1991 года до начала переговоров (16% при среднем показателе 24%). В то же время молодые респонденты существенно чаще готовы к прекращению огня на любых условиях ради сохранения жизней (23% при среднем показателе 14%) и чаще других затрудняются с ответом.

Результаты теста хи-квадрат Пирсона указывают на отсутствие устойчивой зависимости ответов от регионального фактора.

Оценки респондентов относительно сценария отказа от НАТО в обмен на вступление в ЕС и двусторонние альянсы в сфере безопасности распределились следующим образом:

• восприятие как «победа» (32,5%) – в общей сложности треть опрошенных положительно оценивает такой компромисс. Из них 13% считают его «безусловной победой», а еще 19,5% – склоняются к оценке «скорее победа» (6–9 баллов);
• нейтральная позиция (34%) – наибольшая доля участников опроса выбрала промежуточный вариант, не видя в таких условиях ни явной победы, ни очевидного поражения;
• восприятие как «поражение» (14,5%) – лишь каждый седьмой респондент оценивает этот сценарий негативно. В частности, 8% считают его «скорее поражением», а 6,5% – «абсолютным поражением»;
• значительная часть опрошенных (19%) не смогла определиться с ответом, что свидетельствует о неоднозначности восприятия предложенной альтернативы членству в НАТО.

Анализ результатов выявил статистически значимые различия в оценках респондентов относительно успеха мирного соглашения, если оно будет предусматривать отказ от НАТО в обмен на вступление в ЕС и двусторонние союзы в сфере безопасности, в зависимости от пола и региона проживания. Так, женщины значительно чаще мужчин колебались с оценкой предложенного сценария мирного соглашения, если оно будет предусматривать отказ от НАТО в обмен на вступление в ЕС и двусторонние союзы в сфере безопасности – четверть опрошенных женщин (25%) не смогли определиться с ответом (против 11% среди мужчин).

Региональные особенности восприятия:

• Центр – наиболее оптимистичный регион в отношении восприятия мирного соглашения, если оно будет предусматривать отказ от НАТО в обмен на вступление в ЕС и двусторонние союзы в сфере безопасности – 19% опрошенных из этого региона сочтут такое соглашение «безусловной победой» (при среднем показателе 13%);

• Запад демонстрирует наиболее сдержанную, нейтральную позицию – 40% опрошенных оценивают вариант «отказ от НАТО в обмен на вступление в ЕС и двусторонние союзы в сфере безопасности» как «ни победу, ни поражение» (средний показатель – 34%);

• на Востоке зафиксирован самый высокий уровень радикального неприятия – 11% сочтут такое соглашение «абсолютным поражением» (при среднем показателе 6,5%);

• респонденты с Юга и киевляне чаще других склонны к умеренно негативной оценке («скорее поражение») – 12% и 13% соответственно. В то же время на Юге также зафиксирован повышенный уровень умеренного оптимизма – 23% оценивают сценарий как «скорее победу».

Результаты теста хи-квадрат Пирсона указывают на отсутствие устойчивой зависимости ответов от возрастного фактора.

Идея территориальных уступок в качестве платы за гарантированное членство в НАТО и безопасность будущих поколений не находит поддержки у большинства опрошенных (62%):

• преобладание несогласия (62%) – почти треть респондентов (32%) «категорически не согласны» с таким подходом, а еще 30% опрошенных выбрали вариант «скорее не согласен»;

• ограниченная поддержка (22%) – лишь каждый пятый опрошенный готов рассматривать такой обмен. В частности, полностью поддерживают эту идею лишь 7% («полностью согласны»), тогда как 15% «скорее согласны»;

• немалая доля респондентов (16%) пока не смогла определиться со своей позицией относительно этого сложного компромисса.

Анализ подтверждает наличие статистически значимых различий во мнениях респондентов относительно возможных территориальных уступок в обмен на гарантированное членство в НАТО и безопасность для будущих поколений в зависимости от их пола и возраста:

• мужчины проявляют большую готовность к компромиссу, чаще соглашаясь с тезисом о территориальных уступках ради гарантированного членства в НАТО и безопасности для будущих поколений. Зато женщины чаще занимают скептическую позицию (категорическое или частичное несогласие), а также демонстрируют более высокий уровень неопределенности – каждая пятая женщина (21% при среднем показателе 16%) не смогла дать ответ;

• наблюдается четкая обратная зависимость между возрастом респондентов и поддержкой идеи «территории в обмен на НАТО». Наиболее благосклонна к такому сценарию молодежь (18–29 лет), тогда как с увеличением возраста доля тех, кто допускает подобные уступки, линейно уменьшается. Старшее поколение (55 лет и старше) демонстрирует наиболее непоколебимую позицию в отношении территориальных уступок.

Результаты теста хи-квадрат Пирсона указывают на отсутствие устойчивой зависимости ответов от регионального фактора.

Результаты опроса показывают крайне низкий уровень доверия к эффективности будущих соглашений в сфере безопасности:

• преобладание скептицизма (79%) – подавляющее большинство респондентов не верит в реальное выполнение Соединенными Штатами своих обязательств в сфере безопасности в случае повторной агрессии со стороны рф. В частности, 45% опрошенных выражают полное недоверие («совсем не верю»), а 34% – склоняются к варианту «скорее не верю».

• минимальный уровень доверия (11%) – лишь каждый девятый респондент полагается на гарантии США, при этом доля тех, кто «полностью верит» в их действенность, является статистически ничтожной (2%).

• каждый десятый участник опроса (10%) пока не смог сформулировать свою позицию по этому вопросу.

Анализ выявил значимые различия в восприятии надежности обязательств США в сфере безопасности в зависимости от пола, возраста и региона проживания.

• мужчины чаще, чем женщины, выражают веру в реальность американских гарантий (16% против 6%), хотя общий уровень скептицизма среди мужчин остается преобладающим (76%);

• молодежь (18–29 лет) демонстрирует наиболее оптимистичные настроения – 16% опрошенных этой возрастной группы верят в выполнение обязательств (при среднем показателе 11%). Старшее поколение (55 лет и старше) настроено наиболее критично – каждый второй в этой возрастной категории (51%) «совсем не верит» в эффективность будущего соглашения о безопасности.

Региональная специфика:

• Восток (регион контрастов) – здесь зафиксирован как самый высокий уровень категорического недоверия (52% «совсем не верю»), так и аномально высокий показатель умеренного оптимизма (16% «скорее верю»);

• Центр демонстрирует самый высокий суммарный уровень скептицизма – 84% опрошенных в этом регионе не верят в гарантии (при среднем показателе 79%);

• Юг отличается наибольшей долей респондентов, которые не смогли определиться с ответом.

Анализ представлений респондентов о сроках действия обязательств США в области безопасности свидетельствует о преобладании спроса на долгосрочную стабильность. Для подавляющего большинства опрошенных надежность гарантий напрямую зависит от их бессрочности или продолжительности в несколько десятилетий:

• спрос на бессрочность (60%) – шесть из десяти респондентов убеждены, что для того, чтобы считаться надежными, гарантии безопасности со стороны США должны предоставляться на бессрочной основе. Это свидетельствует об отсутствии веры в краткосрочные или среднесрочные механизмы сдерживания агрессора;

• долгосрочные обязательства (26%) – в сумме более четверти опрошенных считают приемлемыми сроки, охватывающие почти всю жизнь целого поколения: 16% ориентируются на 50 лет, а 10% – на период в 20–30 лет;

• скептицизм в отношении коротких сроков (3%) – минимальная доля респондентов считает надежными гарантии сроком всего на 15 лет. Это указывает на то, что украинское общество воспринимает угрозу со стороны рф как постоянный стратегический фактор, а не ситуативную проблему.

• доля тех, кому было трудно определиться с конкретным сроком, составляет 11%.

Анализ выявил существенные различия в требованиях к сроку действия гарантий безопасности в зависимости от пола и возраста респондентов:

• женщины значительно чаще настаивают на бессрочном характере обязательств (66% против 54% у мужчин), что указывает на более высокую потребность в абсолютной стабильности. Мужчины, напротив, проявляют большую готовность к фиксированным срокам: каждый пятый (21%) считает достаточным период в 50 лет.

• респонденты в возрасте 18–29 лет наименее склонны к требованию «бессрочности» (43% при среднем показателе 60%). Зато эта возрастная группа демонстрирует самый высокий уровень поддержки 50-летнего срока (29%), что, вероятно, коррелирует с горизонтом планирования собственной жизни. Зрелая аудитория (45–54 года) проявляет максимальную бескомпромиссность – 71% представителей этой возрастной группы считают надежными только бессрочные гарантии. Старшее поколение (55 лет и старше) демонстрирует стабильно высокий спрос на бессрочность (64%) и является наиболее определенным в своих ответах.

Результаты теста хи-квадрат Пирсона указывают на отсутствие устойчивой зависимости ответов от регионального фактора.

Результаты опроса показывают преобладание скептического отношения к дальнейшему соблюдению безъядерного статуса как условия международных договоренностей:

• требование о восстановлении ядерного статуса (49%) – каждый второй респондент выступает против подтверждения безъядерного статуса, считая необходимым восстановление собственного ядерного потенциала Украины. Это свидетельствует о том, что значительная часть общества воспринимает ядерное оружие как единственную действенную гарантию выживания.

• условная поддержка (26%) – четверть опрошенных готовы отказаться от ядерных амбиций только при условии получения реального «ядерного зонтика» от США или Европы. То есть безъядерность рассматривается ими не как самоцель, а как предмет обмена на коллективную безопасность.

• безусловная поддержка (13%) – лишь каждый восьмой респондент полностью поддерживает безъядерный статус Украины независимо от дополнительных условий.

• доля тех, кто не смог ответить, остается достаточно высокой (12%), что подчеркивает сложность и этическую чувствительность этого вопроса.

Анализ выявил значительную разницу в уровне поддержки «подтверждения безъядерного статуса Украины» (отказ от создания или размещения ядерного оружия) в обмен на международные гарантии безопасности в зависимости от пола и возраста респондентов:

• женщины демонстрируют значительно более радикальную позицию в отношении самозащиты – большинство опрошенных женщин (54%) выступает за восстановление собственного ядерного арсенала. В то же время среди женщин зафиксирован самый высокий уровень неопределенности (16% «трудно ответить»). Мужчины чем женщины склоняются к «коллективному зонтику» – более трети мужчин (35%) готовы поддержать безъядерность при условии защиты со стороны союзников (против – лишь 19% среди женщин). Также мужчины чаще выражают полную поддержку безъядерного статуса (16%).

• молодежь демонстрирует самый низкий уровень спроса на восстановление собственного ядерного статуса (43%) и наиболее открыта к идее ядерного «зонтика» от союзников (30%). Респонденты в возрасте 45–54 лет проявляют наибольшую склонность к радикальным решениям в сфере безопасности – 56% представителей этой возрастной группы считают необходимым восстановление собственного ядерного оружия (пиковый показатель среди всех возрастных категорий). Возрастная группа «55 лет и старше» также демонстрирует высокий уровень поддержки идеи «зонтика» (30%), что совпадает с показателями молодежи.

Результаты теста хи-квадрат Пирсона указывают на отсутствие устойчивой зависимости ответов от регионального фактора.

Напомним, по словам президента Владимира Зеленского, Украина не рассматривает вопрос обмена приграничных территорий на Донбасс в рамках мирного соглашения. Также президент неоднократно повторял, что «дарить землю украинцы не будут». Такие его слова звучали на фоне заявлений главы Белого дома Дональда Трампа о якобы необходимости территориальных уступок со стороны Киева.

На инфографике «Слово и дело» можно вспомнить, какие заявления о территориальных уступках звучали с начала полномасштабного вторжения рф, кто их объявлял и в чем была их суть.

Что касается самого переговорного трека, в Офисе президента на днях сообщали, что политико-военная часть мирных переговоров сейчас находится на паузе из-за войны на Ближнем Востоке, однако продолжает свою работу гуманитарное направление, в частности, по обмену пленными.

При этом россияне отвергли предложение Пасхального перемирия, которое ранее озвучил Владимир Зеленский. Эту идею Украина еще планирует обсудить с США.

На нашей инфографике также собраны прогнозы мировых политиков относительно продолжительности войны в 2026 году.

Подпишитесь на наш Telegram-канал, чтоб отслеживать самые интересные и эксклюзивные новости «Слово и дело».

Визуальная аналитика от редакции «Слово и дело» – в Telegram-канале Pics&Maps.