Реформа госпитальных округов: куда деваются деньги, выделенные на экстренную медицину

Леся Литвиноваволонтер

- Псих с Шустрым, обеспечиваете работу группы Бэтмена возле Станички. Химик с Бурым – под Трехизбенкой. Зомба с Тарасом – Попасная. Там Шамиль будет – скоординируетесь. Пробить все варианты эвакуации и доложить.

- Так там же все одной дорогой ездят…

- Меня не интересует, как ездят все. Мне нужно, чтоб вы знали каждую лесную тропинку, по которой может пройти «таблетка», каждый домик в лесу, каждый овраг. Минимум по два «гнезда раненых» по маршрутам групп. Провести качественную медразведку – как учил. Вон, Зомба, красавчик, нашел пенсионера-хирурга в Кряковке зимой. Учитесь – никакого сообщения, а подхватить более-менее качественно было кому. Есть вопросы?

- Вопросов нет.

- Ротация через две недели. С Богом…

Четыре санитара-инструктора. Четыре водителя. И Юра Полищук – вечный и. о. начмеда разведбата, младший сержант, доброволец, хирург на гражданке. Это на них было медицинское обеспечение «стотридцатки» по всей линии соприкосновения. Десятки эвакуаций. И ни одной потери. Все до единого раненые были доставлены вовремя. Это то, чем можно гордиться. И это не удача, не везение. Это правильно организованная логистика и ответственность за каждый шаг. Это продуманные наперед пара-тройка запасных вариантов и «закладки» с медикаментами на пути.

Спустя год, уже вернувшись домой и активно влившись в новые процессы, Юра услышал про идею госпитальной реформы. И увидел в ней именно то, что ускользает от глаз людей, далеких от экстренной помощи, – шанс сохранить жизнь каждому, кто оказался в беде. Возможность грамотной логистики. Выигранные часы и минуты, от которых часто зависит жизнь человека. Это окрыляло.

Кто из нас не сталкивался с этим?

- Приезжайте срочно. Маме плохо.

- Адрес?

- Дубненский район, Большие Загорцы, улица…

- Бензина нет. Мы не можем.

- Мы заправим. Только приезжайте.

- Ну хорошо. Машина выезжает.

Это проблема не мегаполисов, где всегда можно доехать на такси или попросить друзей, в крайнем случае – позвонить в коммерческую клинику и все равно решить вопрос. Это проблема маленьких городков и отдаленных сел, где люди гибнут потому, что сломалась машина, нет бензина, не доехать, некуда везти. Это отсутствие специалистов на местах, оборудования и медикаментов. Это зависимость от «центра» и невозможность самостоятельно решать на местах, какое направление нужно развивать.

А здесь – пожалуйста: возможность самостоятельных решений, финансовая независимость, свобода выбора направлений. Конечно, на месте проще сориентироваться что и в каком количестве нужно, сколько надо бригад скорой, с чем чаще сталкиваются – с авариями на производстве, обморожениями, инфарктами, поножовщиной, стариковскими проблемами. Кто, как не специалисты на месте, лучше других знают всех своих больных наперечет? Видят все те мелкие и крупные проблемы, которые не рассмотреть из далекого Киева… Давайте, работайте – создавайте советы из толковых специалистов, разрабатывайте маршруты, которые учтут всех, включая одинокую бабушку на дальнем хуторе, определяйте потребность в ресурсах, планируйте оборудование, количество персонала, а из Киева помогут.

Митинг под МОЗ и саботаж системы: что происходит с медицинской реформой и какова позиция БанковойПолитический аналитик объяснил, почему происходит саботаж медицинской реформы и есть ли шансы принять новые инициативы МОЗ.

Собственно, в Общественный совет при Министерстве здравоохранения Юра и шел для того, чтоб иметь возможность поддерживать и развивать хорошие идеи. И с позиции практика подсказать то, что может быть не так очевидно для чиновников. Поле для деятельности – не меньше, чем на фронте. И почему бы не поддержать хорошую идею?

Первое, что сбило с толку, – список членов госпитальных советов.

Госпитальные советы при госпитальных округах – это такой себе орган, который теоретически должен разбираться, как доставить больного дедушку Степана из его поселка Большие Коровинцы в современный центр интенсивного лечения, где специально обученные Ангелы-Хранители в белых халатах дадут ему возможность еще раз проголосовать за Любимого Лидера всех украинцев. Ну, или за кого-то другого. Именно они должны определить, каким именно образом современный реанимобиль, купленный для реализации госпитальной реформы, довезет его по нормальной дороге, которую отремонтировали за деньги, выделенные под ту же реформу. Именно они должны спланировать и переоборудовать центр интенсивного лечения госпитального округа, куда приедет реанимобиль. Опять-таки, за деньги, выделенные на реформирование округа. И именно они должны знать, откуда там возьмутся те самые Ангелы-Хранители, которые спасут дедушку. И где их будут перед этим переобучать.

Звучит фантастически? В наших реалиях – да. Но на самом деле, это нормальный процесс, который мог быть реализован благодаря взвешенным и просчитанным решениям специалистов по организации экстренной и неотложной помощи на протяжении всего пяти лет. Ну, во всяком случае, реформа. Если бы этих самых специалистов действительно подключили к процессу.

А кого же тогда подключили депутаты местных советов, спросите вы? Ну, тут как раз все просто и предсказуемо. Можно даже долго не угадывать. Ремонт дорог, реконструкция больниц, покупка транспорта и оборудования – это же не только логистика. Это деньги. А значит, в первую очередь нужно подключить тех, кто умеет правильно «освоить бюджет». Не обидев при этом ни себя, любимых, ни руководство на местах, ни прикормленных поставщиков и подрядчиков. Поэтому в советы входят кто? Правильно: начальники управлений охраны здоровья, доверенные лица мэров, главврачи крупнейших больниц. Как же в таком вопросе без «профильных» специалистов?..

Добиться чего-то существенного на местном уровне не получилось. И Юра поднял вопрос на заседании Общественного совета при МОЗ. К этому моменту уже было понятно, что одна из самых важных реформ по децентрализации и обновлению вторичного звена медицинской помощи рискует превратиться в гигантскую ширму для дерибана не только бюджетных денег, но и средств, которые планировали получить от Мирового Банка и других международных доноров. По одной-единственной причине – отдав на откуп решения специалистам на местах, никто не продумал механизм контроля за этими самыми специалистами.

На официальное обращение от Общественного совета в Министерство первая реакция была устная:

- Ох, ничего себе! Что ж это делается?

- Фигня делается. Но есть механизмы решения. Нужно срочно редактировать положение про госпитальный округ. Изменить правила игры. В согласительный орган нельзя допускать чиновников исполнительной власти. Это прямой путь к коррупции.

- Спокойно, – сказало Министерство, – разберемся. Не допустим.

Разбиралось Министерство примерно месяц, за который все были уверены, что вопрос точно решится, и можно вздохнуть с облегчением и выпить кофе. Результатом разбирательств стал официальный ответ, адресованный областным госадминистрациям и руководителям структурных подразделений по вопросам охраны здоровья. Общий смысл сводился к следующему:

«...Развитие госпитального округа является сложным политическим и техническим заданием, что требует эффективного сотрудничества между районами, городами и ОТГ ... Соответственно, отбор в состав госпитального совета должен быть результатом местного политического процесса ... Делегирование к участию в госпитальном совете работников местных государственных администраций ... не противоречит ... положению о госпитальном округе».

Другими словами – то, что вы делаете, конечно, плохо. Но не противоречит законодательству. Мы вам советуем делать по-другому, но оставляем решение на вашей совести…

Крылышки Баффало под видом гуманитарки. Почему волонтеры конфликтуют с Минсоцполитики?Волонтер Леся Литвинова рассказала, почему украинские волонтеры конфликтуют с чиновниками Минсоцполитики в вопросе гуманитарной помощи.

Учитывая количество совести у местных чиновников, можно с твердой уверенностью сказать, что шансы деда Степана на то, чтобы проголосовать на следующих выборах, стремятся к нулю. Впрочем, как и шансы каждого из нас.

Кстати, реформа госпитальных округов, скорее всего, станет одной из немногих, которая будет воплощена в жизнь. Будет проведено несметное количество круглых столов. Будут нарисованы сотни диаграмм и разноцветных графиков. Будут розданы тысячи буклетов, напечатанных на хорошей бумаге. Будут бурные обсуждения о необходимости дополнительных инвестиций. Перерезания ленточек и помпезные «сдачи в эксплуатацию» на скорую руку отштукатуренных помещений тоже будут. Равно как и статьи в местной прессе, предвыборный пиар и километровые отчеты. Будут новые дома. Новые машины. Новые любовницы. И новые связи.

Будут. Мы это уже проходили. Такие знакомые и привычные грабли, что даже неудобно…

Будет ли то, ради чего это все затевалось? Вот это сказать сложно. Вполне возможно, что на сотню госпитальных округов по стране найдется пара, где деньги пойдут по назначению. Во всяком случае, очень хочется в это верить.

Зато точно можно сказать, что есть люди, которые до последнего будут пытаться переломить ситуацию. Даже если их будет не так много, как хочется. Например, Юра Полищук, младший лейтенант медицинской службы, член Общественного совета при Министерстве охраны здоровья – человек, которому стыдно за происходящее перед Бешеными Ангелами 130-ки.

Леся Литвинова, специально для «Слова и Дела»


Подписывайтесь на наши аккаунты в Telegram и Facebook, чтобы первыми получать важные новости и аналитику.


Загрузка...