Изменения в УПК: ущемление свобод граждан или ночной кошмар депутатов

Читати українською
Есть ли в законопроекте риски не только для нардепов, но и других граждан и в чем они могут заключаться, мы расспросили юристов.
Слово и Дело

Изменения в Уголовный процессуальный кодекс, дающие возможность обыскивать и прослушивать нардепов без разрешения на то парламента, провалились во втором чтении. Спикер Разумков отменил голосование, когда стало понятно, что поддержки инициативы не будет. Законопроект отправили на повторное второе чтение, а заседание закрыли. Между тем, появились мнения, что другие правки в УПК ущемляют права и свободы не только нардепов, но и всех граждан, и могут использоваться для давления на активистов. Так ли это, «Слово и Дело» расспросило у юристов.

Несмотря на то, что президент Зеленский подписал закон об отмене депутатской неприкосновенности, который вступит в силу в начале 2020 года, в законодательстве остались нормы, по сути, дублирующие нормы об иммунитете парламентариев.

«Аналогичные нормы, касающиеся народных депутатов, содержатся в УПК и в законе про статус народного депутата. В законе указано, что без согласия Верховной рады депутат не может быть привлечен к уголовной ответственности, задержан и арестован. УПК расширяет эту неприкосновенность запретом на осуществление негласных следственных действий (прослушки, слежки, обыска). То есть отмена неприкосновенности ничего не дает, и депутаты это поняли», – сказал адвокат «Столичной коллегии адвокатов» Геннадий Дубов.

Скольких нардепов лишили неприкосновенности за годы независимости УкраиныС первого депутата сняли неприкосновенность еще в 1990 году за избиение полковника КГБ. С тех пор Рада разрешила привлечь к уголовной ответственности 19 депутатов. Реальный тюремный срок получил лишь один из них.

По его словам, нардепы попросту саботировали отмену неприкосновенности через изменения в УПК: «Провал этих норм означает, что неприкосновенность остается, включая запрет на проведение негласных следственно-розыскных действий (НСРД)».

Проблема в том, что при нынешнем положении вещей законно собрать доказательства вины нардепа весьма проблематично. Запрет на проведение НСРД появился уже после того, как в Конституции закрепили неприкосновенность нардепов. То есть ранее такого расширения неприкосновенности не было.

Как пояснил Дубов, привлечение к уголовной ответственности начинается с момента объявления о подозрении. НСРД может проводиться по тяжким и особо тяжким преступлениям с санкции суда до момента предъявления подозрения. Собственно, эти материалы и могут стать основанием для того, чтобы предъявлять подозрение. Но если речь идет о народном депутате, то генпрокурор вынужден просить разрешение у Верховной рады на ту же прослушку или обыск. Это абсурд.

Правоохранителям приходилось идти на хитрости, например, в случае с Надеждой Савченко, прослушивали не нардепа, а ее «соратника» Рубана. Нечто подобное было и в делах Мосийчука и Розенблата.

Изменения в УПК от Зеленского: плюсы, минусы, подводные камниНардепов можно будет обыскивать, ГБР и НАБУ получат возможность вести прослушку, а суд получит возможность не выпускать под залог, а сажать под арест топ-коррупционеров.

По словам Дубова, поскольку у ВР нет собственных властных полномочий, то нардеп вряд ли может злоупотреблять властью. «Можно говорить о неправомерной выгоде, условно говоря, взятке, ее без НСРД доказать фактически невозможно», – подчеркнул юрист.

Между тем, появились рассуждения о том, что предложенные поправки в УПК едва ли не хуже драконовских законов регионалов. В частности, журналист Сергей Иванов считает, что «этот проект реально предоставляет нашей несовершенной и коррумпированной правоохранительной системе новые репрессивные полномочия и это является прямой угрозой гражданскому обществу».

Дубов считает, что в законопроекте есть определенное сужение прав защиты в уголовном процессе, но оно не является критичным. «Прокурор сам сможет санкционировать меры пресечения, такие как личное обязательство и порука, без судебного порядка. Формально это сужает права защиты, но я бы не сказал, что это катастрофическое сужение свобод», – сказал юрист, отметив, что УПК – это баланс между частными и публичными интересами, который, в том числе, должен обеспечить возможность привлечения виновного.

В свою очередь адвокат Андрей Подосинов выразил опасение по поводу того, что в законопроекте предполагается считать начало расследования не с момента открытия уголовного производства, а с момента вручения подозрения лицу. В таком случае некоторые дела могут расследоваться годами.

Среди рисков Подосинов также назвал возможность того, что правоохранители могут проводить негласные следственные действия по тяжким и особо тяжким преступлениям до вынесения решения суда. Причем прослушку технически может осуществлять СБУ, а в законопроекте предусмотрена такая же возможность для НАБУ и ДБР.

«Как правило, применяется так называемая квалификация уголовного правонарушения с запасом, когда очевидно, что речь идет не о тяжком преступлении, но производство регистрируют как тяжкое, а потом, при необходимости, его переквалифицируют. Я в своей практике, к сожалению, повсеместно с этим встречался и раньше, и сейчас, и есть риск, что это будет продолжаться и впредь», – отметил Подосинов.

Ранее, «Слово и Дело» детально разбиралось, какие изменения в КПК предлагает внести Зеленский.

Также мы писали, что нардепы за неделю приняли 28 законопроектов.

Хотите обсудить эту новость? Присоединяйтесь к телеграм-чату CHORNA RADA.


Подписывайтесь на наши аккаунты в Telegram и Facebook, чтобы первыми получать важные новости и аналитику.