В поисках утраченных элит. Откуда возьмутся «новые лица»

Александр Радчукполитолог

Один из основных выводов последних социологических опросов мнения украинцев относительно поддержки тех или иных политиков касается высокого запроса общества на «других». Граждане уже начинают анализировать причинно-следственные связи и связывать буксование изменений именно со «старыми элитами». Кроме этого, среди украинцев широко распространена болезнь патернализма, из-за которой они до сих пор надеются, что «новые лица» смогут кардинально сдвинуть ситуацию с места, действуя в старой системе.

Ситуация последних лет показала, что проблема с элитами значительно серьезнее. Фактически, наше общество уже одной ногой в кризисе доверия к действующим институтам власти и представителям нынешнего политикума. Все чаще граждане голосуют «ногами» или выбирают пассивные формы протеста – не посещают выборы, портят бюллетени, готовы голосовать «против всех».

Впрочем, существенный запрос на появление новых политических лидеров и смыслов таки существует. А отдельные «лучи» новых еле-еле проблескивают сквозь облака коррупции, популизма, неэффективности и непрофессионализма в управлении государственными процессами.

Недоверие к политикам настолько глубоко проникло в наше мировосприятие, что каждый новый потенциальный политик проходит тщательную проверку скепсисом ко всем деталям его биографии на своем политическом пути.

В идеале новый политик не должен быть выходцем из какой-либо политической партии, которая имеет отношение к олигархам. Он должен быть специалистом в области управления, при этом быть достаточно обеспеченным и не иметь бизнеса. Новый политик – обязательно образован и полон идей, как быстро улучшить жизнь простых людей. Это человек, который сможет работать по 20 часов в сутки 7 дней в неделю, не особенно заботясь о том, достаточно ли он зарабатывает. Это честная, профессиональная, образованная, квалифицированная и развитая личность, которую уже узнают на улицах.

Набор требований круче, чем у фантастического персонажа Супермена. И все же, несмотря на такие высокие требования и скепсис, некоторые из украинцев, которые хотя бы частично достигли указанных выше умений, пытаются идти в политику и собственными усилиями изменить жизнь в стране к лучшему. Конечно, для достижения изменений нужна критическая масса не только новых политиков, но и изменения в принятии решений в государстве, и другое качество ответственности среди самих граждан.

Откуда возьмутся новые элиты?

Украина пережила две волны «восхождения» политических элит – постсоветскую и олигархическую. Все влиятельные кандидаты в президенты получили свои первые ресурсы и стали узнаваемыми в 1990-2000-х годах. Незначительная часть представителей национально-демократического лагеря – родом из времен диссидентства – окончательно потеряли свое влияние в начале 2000-х годов.

Более проворными оказались представители бывшей советской партийной номенклатуры, которые не просто шли в политику, но и предварительно зарабатывали финансовые ресурсы, чтобы потом конвертировать их в медийную узнаваемость и непосредственно задавать повестку дня во время каждых следующих парламентских выборов. Множество партийных проектов всех возможных спектров финансировалась из карманов олигархов и поддерживалась подконтрольными им СМИ.

В то же время запрос на новые качества в политике возник в канун Революции Достоинства, со времени преследований властями тогдашней политической оппозиции в 2011-2013 годах. Тогда стало ясно, что элиты нужно менять во что бы то ни стало.

Именно начиная с внеочередных выборов 2014 года заработали некие первые «социальные лифты» – в Верховную Раду были избраны общественные активисты, волонтеры, журналисты, командиры добровольческих батальонов. Это не слишком качественно повлияло на расстановку сил и обновление парламента. Впрочем, факт остается фактом – более 50 мандатов народных депутатов получили граждане, которые ранее никогда не были политиками. А значит, первый шаг к появлению «новых лиц» был сделан, пусть и с согласия тех самых «старых элит» и олигархов. Здесь стоит уточнить, что подавляющее большинство политиков, которые впервые попали в парламент, так или иначе работали в старой системе координат. И хотя они имеют несколько иной взгляд на процесс изменений в государстве, вряд ли их можно считать полностью новой элитой. Это скорее предвестники возможных изменений.

Также не помогла идея «экспатов» – высококлассных зарубежных менеджеров, которые должны были возглавить процесс реформ в исполнительной власти. Через 4 года их почти не осталось на должностях в министерствах и различных ведомствах. А сами изменения и реформы или происходят крайне медленно или вообще имеют неоднозначную репутацию.

Так где взяться новым политическим лидерам? Как правило, «новые лица» возникают во время развития конкретных сообществ. Это может быть общественный сектор, научное сообщество, военные, религиозные деятели, бизнес-сообщества, то есть те круги, в пределах которых может «вырасти» новая идея становления общества и сформироваться четкие моральные качества новых элит.

К сожалению, ни одно из этих сообществ пока не может производить достаточного количества необходимых кадров для новых политических элит. Некоторые из них вообще находятся в маргинесе или только на начальном этапе становления. Отсюда и отсутствие ярких идей, которые бы объединяли единомышленников в крепкие команды по интересам. То есть речь идет об идеологических партиях и движениях, с четкой системой управления, ротацией лидеров и пониманием политических целей.

Нет в телевизоре – нет в политической жизни?

Еще одна проблема новых политических лидеров – доступ к медийным ресурсам, которые в Украине в основном почти все принадлежат олигархическим структурам. То есть без их разрешения попасть на экраны телевизоров, на страницы журналов и интернет-сайтов практически невозможно. Даже если твоя деятельность и идеи могут заинтересовать десятки, а то и сотни украинцев.

По данным последних социологических исследований в вопросе доверия к СМИ, около 49% опрошенных доверяют украинским телеканалам. Традиционно больше доверяют традиционным СМИ пожилые люди, тогда как 57% молодежи больше доверяют информации, собранной в соцсетях.

Пока, по оценкам политологов, сегмент интернет-СМИ и социальные сети не будут играть решающей роли в коммуникациях на следующих президентских и парламентских выборах. Однако ситуация стремительно меняется: пользователей соцсетей становится все больше. Так, например, за последний год количество украинских пользователей Facebook выросло на 67% – с 6,6 до 11 миллионов. Поэтому уже на следующих выборах игнорировать данный сегмент не удастся – наоборот, как раз интернет-коммуникации будут играть решающую роль в агитации и общении с избирателями.

Этот факт, с одной стороны, открывает новые возможности для людей, которые готовы идти в публичную политику. Ведь они могут напрямую общаться со своими потенциальными избирателями. Впрочем, такой вид коммуникаций имеет и ряд недостатков. Главные из них – это борьба с фейками, киберугрозами и войны с «ботами» сторонников других политиков или политических партий.

Интересным является и то, что современные элиты используют телевидение не только для усиления собственных информационных позиций, агитации или «слива» компромата на противников. Применяется еще одна технология – нивелирование самого процесса отбора новых лиц путем различных телевизионных шоу и проектов. Политиков начнут «выращивать» на экранах телевидения, подменяет саму суть политического процесса – нам предлагают зрелища вместо реального влияния или достижений человека, который впервые решил идти в публичную политику.

Несколько вопросов к избирателям

Остается много вопросов к обратному участнику любого избирательного процесса – рядовому избирателю. Именно благодаря необразованности и низкой политической культуре большое количество граждан оправдывают свое бездействие или даже возможность продать голос на выборах за условные «продуктовые наборы» или 400 гривен.

Сам процесс голосования в Украине пока что является одним из индикаторов не только демократических выборов, но и возможности попасть в политику любому, кто имеет достаточный финансовый ресурс.

Выходов из сложившейся ситуации два: либо устанавливать определенные ограничения для участия в выборах, либо применять современные технологии вместе с постепенным обучением граждан, что такое политика и как они могут влиять на изменения в своем государстве. Некоторые эксперты предлагают применять опыт Эстонии, в которой выборы проходят с помощью сети интернет. Граждане голосуют в своих виртуальных «избирательных кабинетах», используя специальный чип в своих документах об удостоверении личности.

Есть еще несколько идей – например, установить возрастной ценз или брать плату за посещение избирательных участков. Собранные средства могли бы пойти на оплату труда членов Центральной избирательной комиссии, таким образом, полностью обеспечив автономию этого органа от любых воздействий государства или отдельных политических игроков.

В конце концов, можно пойти еще по одной тропинке – штрафовать и осуждать граждан (лишая их права голоса на какое-то количество лет), которые пытались купить или продать свой голос на выборах. Соответствующее законодательство было принято еще в 2015 году, впрочем, пока не было применено. Крайний случай возможного применения этих норм можно было проверить во время довыборов в 205-м мажоритарном округе в Черниговской области. Там во время выборов народного депутата был обнаружен ряд фактов подкупа избирателей. Впрочем, пока нормы закона так и не заработали. А это будет создавать благоприятные возможности для подкупа избирателей уже во время следующего избирательного сезона в 2019 году.

Александр Радчук, специально для «Слова и Дела»

АКТУАЛЬНОЕ ВИДЕО