Чёрные игры с «чёрным золотом»

Читати українською
Нет угля – не будет света и тепла. Всех экспертов, знакомых с ситуацией в энергетической отрасли, пугают безрадостные перспективы. Тем временем в профильном министерстве готовят приватизацию шахт. Затесались в список даже убыточные и подлежащие закрытию. Только вот где брать уголь – никто не говорит.
Фото: PHL

Нет угля – не будет света и тепла. Всех экспертов, знакомых с ситуацией в энергетической отрасли, пугают безрадостные перспективы. Тем временем в профильном министерстве готовят приватизацию шахт. «Затесались» в список даже убыточные и подлежащие закрытию. Только вот где брать уголь – никто не говорит.

Кто не даёт стране угля?

На сегодня запасы «чёрного золота» в Украине составляют всего примерно полтора миллиона тонн. И лишь треть из них – это ценный антрацит. На подконтрольной Украине территории остались лишь 35 государственных шахт из 90. Остальные (по большей части как раз антрацитовые) – на территориях Донбасса, контролируемых боевиками «ДНР» и «ЛНР». Среди оставшихся шахт, треть –убыточные и бесперспективные, подлежащие закрытию. У некоторых ресурс уже выработан, у других «срок службы» истекает в 2017-2018 гг. Правда, ликвидация и тех, что уже должны быть законсервированными, затягивалась и до начала военных действий. Существует даже официальный документ – «Программа развития угольной промышленности Украины до 2030 года» – где прямо говорится о том, что такое затягивание выгодно тем, кто регулирует финансовые потоки из госбюджета на содержание объектов закрытия. Речь шла о сумме в 2 миллиарда гривен.

Угля на государственных шахтах добывают сегодня 10-12 тысяч тонн в сутки, тогда как в начале года эти показатели были в два раза выше! Что же происходит? Куда смотрят люди, курирующие отрасль? Этот вопрос — риторический, ведь, судя по тому, что гендиректорам угольных предприятий диктуют, у кого и почем закупать оборудование и материалы, а кому отгружать уголь, в том числе и без оплаты, до развития отрасли этим людям особого дела нет.

Там, на шахте угольной…

Словосочетание «энергетическая безопасность Украины» осталось весомым, похоже, только для использования в политических в ток-шоу и предвыборных программах разношёрстных партий. Иначе как можно объяснить, например, то, что несколько месяцев в Украине не проводятся открытые торги ни для продажи угля, ни для закупки необходимого для шахт оборудования и пр., зато с использованием полулегальных схем кто угодно приторговывает государственным углём? Имеют ли от этого хоть какую-то выгоду шахтёры? Для справки: на 35 государственных шахтах, оставшихся на украинской территории, работают 50 тысяч человек. Посудите сами: долг только по зарплате перед горняками уже почти достиг отметки в миллиард гривен, а ещё долги за потреблённое электричество, материалы и т. д…

И при всём при этом идёт бойкая торговля с шахтами, подконтрольными сепаратистам. В то время как официальные лица Минэнергоугля вслух размышляют о том, а не вернуться ли к закупкам дорогого и некачественного угля аж из Южноафриканской Республики, около 20 посредников по коррупционным схемам закупают уголь на оккупированных территориях. Кстати, поставки этого угля на ТЭС компании, по сведениям источников в Минэнергоугля, согласовывают с профильным заместителем министра. Видимо, эти вопросы интереснее, чем заготовка угля для государства. Для сравнения: в конце отопительного сезона прошлого года запасы «чёрного золота» составляли более 3 миллионов тонн, по окончании последнего осталось всего около 800 тысяч. Планы заготовки к июлю не менее миллиона тонн антрацита сорваны, и как исправить ситуацию – никто не знает.

Приватизация во время чумы

В своё время Кабинет Министров утвердил перечень из 24 шахт, которые подлежали приватизации. Оставшиеся 11 из 35, подконтрольных правительству Украины, подлежали ликвидации. И вот вдруг, ко всеобщему удивлению, и эти 11 шахт (и ещё одна, принадлежащая ДТЭК) также попадают в список на приватизацию. А удивительно то, что из всех 36 шахт только на 5-ти угля добывают от полумиллиона до миллиона тонн в год, а это значит, что только они и интересны инвесторам.

Не очень понятно, кто же купит шахту, в которой угля осталось значительно меньше, чем нужно хотя бы просто для возврата вложенных инвестиций? По сведениям делового издания Forbes, Минэнергоугля привлекло для поисков потенциальных инвесторов две солидные аудиторские компании – Ernst and Young и Deloitte. Но они же не волшебники, чтобы умудриться «впарить» кому-то откровенный неликвид – убыточные шахты. Да они и не брали таких обязательств. То же издание предполагает, что единственная цель такой показательной попытки продать оптом все шахты – снять ответственность с чиновников за их судьбу, «потому что объяснить шахтерам в лице профсоюзного актива, что у ряда шахт нет перспектив – просто невозможно», – пишет автор публикации.

В то же время глава Наблюдательного совета Института энергетических стратегий Юрий Корольчук указывает на очень нелогичный, казалось бы, шаг министерства энергетики. А именно, он цитирует слова главы ведомства Владимира Демчишина: «Порядка 1,1 млрд грн необходимо, чтобы 22 шахты довести до состояния, при котором они могут стать безубыточными». Эксперт задаётся вопросом: «зачем вливать деньги в шахты, которые государство планирует продать? В угольной сфере активно обсуждают этот вопрос и предполагают, что часть средств от миллиарда будет «освоена» и «распределена» между своими структурами». Кстати, лоббировал этот «приватизационный аттракцион», по словам Корольчука, всё тот же профильный заместитель министра.

Борис Бобров, специально для «Слово и Дело»


Подписывайтесь на наши аккаунты в Telegram и Facebook, чтобы первыми получать важные новости и аналитику.


Загрузка...