Российская федерация за последние двое суток – с 12 по 14 мая – нанесла по Украине самый массированный удар за всю историю полномасштабного вторжения. В частности, в течение этого времени россияне выпустили более 1560 дронов по украинским городам. И это не считая различных типов ракет. Какие выводы можно сделать из этих действий российской армии?
Президент Владимир Зеленский утром 14 мая сообщил, что россия за последние двое суток применила против Украины 1560 дронов. Это абсолютный рекорд. Среди прочего, в ночь на 14 мая, по данным Воздушных сил, было выпущено 675 БПЛА, аэробаллистические ракеты «Кинжал», 18 баллистических ракет «Искандер» и 35 крылатых ракет Х-101. Основной целью нападения стал Киев, где враг, в частности, разрушил жилую многоэтажку, попал по АЗС и нанес еще ряд повреждений. Есть погибшие, пострадавшие и пропавшие без вести.
Удары по Киеву стали второй серией масштабной вражеской воздушной атаки. Первая серия состоялась днем 13 мая, когда враг запустил 753 дрона преимущественно по западным областям Украины. Таким образом двухсуточное воздушное нападение побило печальный рекорд 24 марта 2026 года, когда россияне выпустили по Украине 948 дронов и 34 ракеты.
То есть противник уверенно преодолел психологическую отметку в тысячу дронов за один массированный удар, который на этот раз растянулся во времени. Такое количество средств поражения стало следствием их накопления во время так называемого «перемирия» 9–11 мая. Достигнув этого перемирия при посредничестве президента США Дональда Трампа, россияне выполнили свою главную задачу – беспрепятственно провели парад на 9 мая.
Этим же временем россияне воспользовались для того, чтобы провести ротацию и перегруппировку сил на фронте, готовясь к новой фазе наступления, а также для накопления дронов и ракет. Но по состоянию на первую половину дня 14 мая они еще не выполнили свою часть договоренностей – не обеспечили обмен военнопленными в формате «1000 на 1000». Состоится ли обмен? Вполне возможно. Но понятно и другое – прежде всего россияне стремились провести парад, далее ответить террором за свою слабость, а уже потом думать о выполнении договоренностей.
Далее стоит обратить внимание на характер целей, по которым били россияне. Удар по жилому дому в Киеве (по состоянию на середину дня 14 мая – 5 погибших, более 40 пострадавших и 20 пропавших без вести), к большому сожалению, не первый и далеко не последний. Но удар по АЗС демонстрирует изменение тактики. В частности, в Харькове и Днепре россияне регулярно начали бить по заправкам. Это тоже является одной из разновидностей ударов по гражданской инфраструктуре. На АЗС заправляется гражданский транспорт. А это означает, что когда-то «скорая» вовремя не доедет до больного, полиция или пожарные не успеют на вызов, продукты или лекарства не доедут до магазинов или аптек и тому подобное.
Удар по АЗС в Киеве свидетельствует, что враг масштабирует эту тактику и собирается распространить ее на другие города, в частности на столицу.
И наконец, во время массированного удара по западным областям 13 мая едва ли не впервые за все время полномасштабного вторжения под непосредственный удар попал город Ужгород. Было зафиксировано попадание по объекту критической инфраструктуры в микрорайоне Дравцы, а также попадание в гражданские здания в промышленных зонах.
Из-за беспрецедентного обстрела приграничного Закарпатья правительство Венгрии впервые резко осудило действия россии, а МИД страны вызвал посла рф.
До сих пор город Ужгород и практически все Закарпатье считались безопасным местом, где дыхание войны почти не ощущалось. Что же изменилось? Может быть только одно предположение: именно 9 мая пророссийский премьер Венгрии Виктор Орбан официально уступил свою должность Петеру Мадьяру. Последний, возможно, и не является проукраинским политиком, но, в отличие от Орбана, он точно не является евроскептиком и не собирается создавать искусственные препятствия для Украины, как это регулярно делал Орбан.
Петер Мадьяр настроен на диалог с Украиной. Зато его предшественник, блокируя антироссийские санкции, кредиты для Украины, а также европейскую интеграцию нашего государства, действовал сугубо в интересах Кремля – на подрыв единства ЕС. Однако на Закарпатье у Орбана были избиратели. И просьба не трогать регион вполне могла стать частью договоренностей между Орбаном и Кремлем.
Но теперь правительство в Венгрии изменилось. Следовательно, в Кремле могут считать «сделку» с Орбаном закрытой. И даже Закарпатье может перестать быть более-менеш безопасным регионом.
Денис Попович, военный обозреватель, специально для «Слово и дело»
Подпишитесь на наш Telegram-канал, чтоб отслеживать самые интересные и эксклюзивные новости «Слово и дело».
Визуальная аналитика от редакции «Слово и дело» – в Telegram-канале Pics&Maps.