В течение 22 и 23 февраля во Львове, Днепре и Николаеве произошла серия скоординированных преступлений против сотрудников полиции. Они были квалифицированы СБУ как теракты, за которыми стоят российские кураторы. Исполнителями выступили граждане Украины с финансовыми проблемами. Такая «охота» на полицию является продолжением масштабной стратегии врага по подрыву украинского тыла.
Наиболее резонансный по последствиям теракт произошел в ночь на 22 февраля во Львове. Полицию вызвали на ложное сообщение о проникновении в магазин. После прибытия на место происшествия экипажа патрульной полиции прогремел взрыв. Когда прибыл второй экипаж, произошел еще один взрыв.
Погибла 23-летняя полицейская. Пострадали 25 человек, в том числе правоохранители.
Вечером 23 февраля произошли еще два теракта против сотрудников полиции. В Николаеве на территории неработающей АЗС прогремел взрыв именно тогда, когда там находились полицейские – семеро правоохранителей пострадали. Через несколько часов после этого в Днепре, в Амур-Нижнеднепровском районе города, произошел взрыв в административном здании полиции. Пострадавших нет.
Все эти случаи имеют общие черты. Российские кураторы находили исполнителей через Telegram-каналы, предлагая деньги за убийство украинских силовиков. В случае со Львовом основная подозреваемая – 33-летняя Ирина Саветина – имела долг в сумме 50 тысяч гривен и искала работу через Telegram. Там на нее вышли лица под вымышленными никнеймами – «Даниил» и «Марк» — и пообещали «легальную» подработку за 2000 долларов.
То, что эта «легальная» подработка сопровождалась угрозами и необходимостью покупать элементы для создания самодельных взрывных устройств, Ирину не остановило. Не насторожило ее и то, что «работодатели» сначала предлагали ей поджигать автомобили. На суде она заявила, что не понимала назначения приобретенных элементов и не осознавала возможных последствий.
Обращает внимание, что во Львове была применена тактика двойного подрыва: первый наряд правоохранителей прибыл на ложный вызов – взрыв – на подмогу прибыла вторая группа – и снова взрыв. По данным следствия, полицейских в магазин заманила также 18-летняя гражданка Украины, которая звонила в полицию из Харькова.
Тактика двойного удара неоднократно применялась российскими войсками во время обстрелов украинских городов. В частности, фиксировались случаи, когда после первого ракетного удара по объекту по тому же месту наносился повторный удар, когда там уже работали медики, спасатели и правоохранители. Подобные случаи документировались, в частности, в 2024 году.
Серия спланированных террористических нападений на полицейских является частью более широкой стратегии россии по дестабилизации украинского тыла. Она не ограничивается обстрелами городов и ударами по энергетической инфраструктуре. Стоит вспомнить волну поджогов военных автомобилей возле жилых домов в тыловых городах. Пик таких случаев пришелся примерно на середину 2024 года. Автомобили, прибывавшие с фронта, имели характерные признаки, поэтому ошибиться с «выбором» было сложно. Исполнителей российские кураторы также искали через Telegram. В большинстве случаев на такую деятельность соглашались люди, искавшие быстрого заработка для решения финансовых проблем.
Последствием этих поджогов стала напряженность в обществе и недоверие: в некоторых случаях военнослужащих просили не парковать автомобили возле жилых домов, чтобы в случае поджога огонь не перекинулся на другие авто.
Еще одной волной стали поджоги и подрывы территориальных центров комплектования и социальной поддержки (ТЦК). Схема поиска исполнителей была аналогичной – через соцсети. В частности, фиксировались случаи, когда исполнители заходили в помещения ТЦК с рюкзаками, в которых были самодельные взрывные устройства. Подобные инциденты в 2025 году произошли, в частности, в Ровно, Павлограде и Каменец-Подольском.
Очевидно, что атаки против ТЦК направлены на подрыв мобилизационных процессов, а значит – на ослабление способности государства вести войну. Удары по полиции – это попытка внутренней дестабилизации и подрыва доверия к государственным институтам. Полиция должна обеспечивать порядок, и каждое такое нападение направлено на создание ощущения опасности и хаоса.
В то же время полицейские проверяют документы и осуществляют административные задержания лиц, находящихся в розыске ТЦК. Этот фактор также может использоваться российскими кураторами для вербовки исполнителей – среди тех, кто имеет конфликты с государственными органами или негативное отношение к мобилизационным мероприятиям.
Впрочем, важно помнить: никакие долги, сложные жизненные обстоятельства или конфликты с полицией или ТЦК не могут быть оправданием сотрудничества с врагом.
Денис Попович, военный обозреватель, специально для «Слово и дело»
Подпишитесь на наш Telegram-канал, чтоб отслеживать самые интересные и эксклюзивные новости «Слово и дело».
Визуальная аналитика от редакции «Слово и дело» – в Telegram-канале Pics&Maps.