В 1-м корпусе НГУ «Азов» поделились видео с ударами по вражеской логистике на трассах Мариуполь – Таганрог и Мариуполь – Волноваха. Эти удары наносятся с помощью дронов с искусственным интеллектом, способных летать на расстояние до 200 км от линии боевого столкновения. Как это может повлиять на ход боевых действий и состояние российской оккупационной группировки?
На видео, которое распространили бойцы 1-го корпуса НГУ «Азов», видно, как украинские БПЛА работают в треугольнике Волноваха – Мариуполь – Новоазовск (граница с россией), уничтожая российскую технику дронами. Для ударов выбираются преимущественно грузовики, которые перевозят оборудование, необходимое для функционирования российской оккупационной группировки на юге нашей страны.
Основным средством поражения являются дроны Hornet («шершень»). Это новейший дальнобойный дрон-камикадзе, разработанный американской компанией Swift Beat, которую основал бывший CEO Google Эрик Шмидт. Эти дроны оснащены искусственным интеллектом. Они оснащены небольшой боевой частью – до 5 кг. Однако такого заряда вполне достаточно, чтобы вывести из строя грузовик. Именно эти дроны россияне называют «Марсианин» и жалуются, что их невозможно услышать заранее – а когда услышал, то уже поздно реагировать.
БПЛА Hornet способны летать на расстояние от 100 до 200 км от линии фронта и беспрепятственно «перекрывать» трассу, идущую от Таганрога в сторону Мариуполя, Бердянска, Мелитополя и далее в Крым. То есть это тот самый «сухопутный коридор» в Крым, который россияне считают одним из главных своих «призов» от войны с Украиной. Дорогу М-14 Ростов – Мелитополь – Джанкой оккупанты символически называют «трасса Новороссия».
Известный французский военный аналитик, географ и OSINT-исследователь, специализирующийся на анализе российско-украинской войны, Клеман Молен (Clément Molin) опубликовал карту, на которой видно, где именно происходит наиболее масштабное уничтожение российской логистики. В значительной степени это участок между Мариуполем и границей с россией. Множество попаданий зафиксировано между Донецком и Мариуполем, а также между Мариуполем и Мелитополем.
Российские оккупационные власти, а также Z-блогеры довольно болезненно реагируют на удары по «трассе Новороссии». Они жалуются, что украинские беспилотники взяли под огневой контроль «сухопутный коридор» в Крым и превратили его в крайне опасную для передвижения зону.
Оккупационная «администрация» Херсонской области во главе с предателем Владимиром Сальдо запретила проезд гражданских грузовиков в направлении Джанкоя, чтобы военный транспорт передвигался быстрее и был менее уязвим для атак БПЛА. Очевидно, таким образом он лишь облегчил работу Силам обороны Украины, которые теперь точно будут знать, что весь транспорт, движущийся по этой трассе, является военным.
Конечно, на 100% «закрыть» логистику на трассе длиной почти 500 км практически невозможно. Но можно сильно ухудшить ситуацию, что, собственно, и происходит. Заботясь о военном трафике, коллаборационист Сальдо направил гражданский транспорт в объезд, закупорив таким образом другие пути в Крым. Все это, а также удары дронов по автоцистернам с топливом и по нефтебазам на полуострове уже привели к дефициту топлива в Крыму. В один бак разрешается наливать не более 20 литров.
Такие же ограничения ввел и оккупационный «руководитель» захваченной россиянами части Запорожской области (по которой проходит значительный участок «трассы Новороссия») Евгений Балицкий.
Такой коллапс логистики на временно оккупированном россиянами юге Украины произошел буквально за последние две-три недели. Так называемая «трасса Новороссия» после того, как мост через Керченский пролив был существенно поврежден в результате украинских атак в 2022, 2023 и 2025 годах, взяла на себя основную функцию обеспечения Крыма всем необходимым. Эта же трасса пролегает параллельно линии фронта в Запорожской области, то есть является обходной и очень выгодной для обеспечения российских войск, которые пытаются наступать на Запорожье.
Если украинские БПЛА будут «хозяйничать» над трассой еще месяц, то ситуация с логистикой для россиян станет еще хуже. Конечно, армия в последнюю очередь почувствует дефицит топлива, а вот гражданское население на временно оккупированных территориях Херсонской, Запорожской областей и в Крыму окажется в крайне затруднительном положении. Вопрос времени, когда в таких условиях дефицит почувствует и армия.
Какие варианты есть у россиян? Во-первых, искать средства противодействия украинским дронам, а во-вторых – попытаться расширить движение по мосту через Керченский пролив. Хотя последнее поможет лишь частично, поскольку мост во время воздушной тревоги всегда закрывается. А воздушная тревога над Крымом теперь звучит регулярно. Вследствие того, что украинские дроны и ракеты сильно повредили российскую систему ПВО на полуострове, небо над Крымом сейчас открыто для украинских БПЛА, поэтому мост постоянно находится под угрозой новых атак.
В целом все это похоже на постепенную изоляцию всего временно оккупированного юга Украины (включая Крым) от основных источников снабжения из россии. Подобные меры в свое время привели к освобождению Силами обороны Херсона осенью 2022 года. Конечно, общая площадь временно оккупированных районов Запорожской, Херсонской областей, а также АР Крым значительно больше, чем захваченной на тот момент части правобережья Николаевской и Херсонской областей. Но параллели просматриваются довольно четко.
Денис Попович, военный обозреватель, специально для «Слово и дело»
Подпишитесь на наш Telegram-канал, чтоб отслеживать самые интересные и эксклюзивные новости «Слово и дело».
Визуальная аналитика от редакции «Слово и дело» – в Telegram-канале Pics&Maps.